Фроськины большие сиськи

В тридевятом царстве, в тридесятом лесу, жила была девочка Фрося.

Было ей хрен-знает-сколько лет, но никак не больше 25.
Ну, то есть, была она уже девушка в полном расцвете лет.
А так как лес этот находился в самом зажопинске, то не было у Фроси ни любви ни счастья.
И вот, однажды, надоело Фросе вся эта тишина и благополучие, и захотелось ей найти приключений на свою мадам сижу.
Захотеть то захотелось, а вот только как найти, если в округе, на ближайшие надцать километров ни одной особи мужского пола не наблюдалось.
И решила Фрося что надобно пойти к профессионалу в данной области, а именно к местной Хадалке, колдунье и просто мега популярной (у забредающих раз в 100 лет мужичков) женщине за советом.

Вышла наша Фрося из своей убогой пятиэтажной избушки, обогнула свой нищенский 50 метровый бассейн, и пошла куда глаза глядят, то есть прямо по диагонали.

Долго кролики размножаются, да недолго сказ сказывается. Не прошло и пару часов, как Фрося наконец нашла избушку Хадалки, и преодолевая свою природную скромность, робко постучала в дверь.
На стук никто не ответил, но так как Фрося была настроена решительно, она потянула ручку двери на себя, и вошла в избушку.
Тут стоит сделать небольшое лирическое отступление. Фрося хоть и была 25-ти годов отроду, и очень даже худосочного телосложение, обладала не дюжей молодецкой девической силою. Ибо было вскормлена молоком редчайшего сибирского бегемота. И поэтому зайти в избушку она могла, только вместе с дверью, так как в наши неспокойные дни, никто в здравом уме не станет держать дверь открытой, ночью, в дремучем безлюдном лесу.

Зашла наша нежная фиалка в избушку, легонько придерживая здоровую дубовую дверь мизинцем вытянутой левой руки и смущаясь до корней волос, тихонечко спросила:

- Тук, тук. Есть хто в избушке?

От её нежного голосочка, задребезжала посуда на полках, всё зверьё, в радиусе пару километров проснулось, а Хадалка лениво перевернулась в своей постели, и зевнув во все свои два зуба, уставилась на непрошеную Фросю.

- Я тута. А тебе чего надобно, красна девица?

Фрося наконец увидела Хадалку, и от удивления забыла зачем вообще пришла. Когда наконец к ней вернулся дар речи, она спросила то единственное о чём могла сейчас думать:

- Хадалка а Хадалка, а чегось это у тебя такие БОЛЬШИЕ СИСЬКИ!?

- Хмык, хмыкнула Хадалка, и жалостливо оглядела Фросин минус первый размер. А это шоп шенихоф приманифать, деточка моя! Хочешь шениха, и тебе нушны такие! Ну... или мозг! Это их тоже приманивает.

- А нельзя ли мене и то и другое? Растерянно, и с надеждой спросила Фрося.

- Нееее... тут есть закон природный! Который глаголетъ, либо одно, либо другое! Потому шо...
(тут Хадалка начала доказывать очень длинную научную теорию, и мы её опустим, чтобы не травмировать ваш молодой неокрепший мозг)

Итак, слушала Фрося, слушала... и только одно поняла, что где-то тут несправедливость. Ей, Фросе ни сисек, ни ума, а Хадалке и то и другое.
Рассердилась наша тростиночка, покрутила дверь на мизинце, и жутко стесняясь перебила старуху.
- Короче бабуля! Давай колись, як сиси вскормить до такого размера? Не нужен мне мозг. Хочу сиськи!

Хадалка улыбнулась и почесала правую сиську пальцем левой ноги.
- Ладно деточка, пришашивайся, щас рашкажу. Надобно тебе в полночь, третьего дня первой недели мешяца мая, в полнолуние, выйти в чём тебя мать родила на опушку леса...
- А если меня мать в танке родила? - перебила её Фрося.
- Тоды в танке и приходи! Огрызнулась Хадалка. Короче!
- У кого короче, сидит дома и оттягивает! Опять перебила её Фроська. Она хоть и была скромницей, но по остроумию была первой девушкой на лесу.
- Да, блин! Не перебивай! - Рассердилась Хадалка. А то не видать тебе СИСЕК як луну в жопе морского ежа!
(Фроська и тут что-то хотела возразить... она то знала, что если ежа надуть... но решила промолчать, а то вдруг действительно не видать ей СИСЕК)
- Так вот, продолжила Хадалка. Придёшь, БЕЗ ТАНКА! Голой! На опушку! Ночью! Одна! Съешь головку чешнока перед этим. И выпей штакан вражешкого напитку, який зовется КокаКола, потом обернёшся три раза вокруг швоей оси. Как там говориться, взболтать, но не шмешивать... Потом, придёшь на опушку леса, и там, привяжешь себя за каждую руку к берёзке, и так проштоишь до утра.
Но только учти, штобы не проишходило, и кто-бы не приходил, ты не должна ничего ховорить!

- Я всё поняля! Крикнула Фроська и выбежала от Хадалки, попутно снеся пол стены, так как в дверь она немного не вписалась. Надо было торопиться, сегодня как раз была такая ночь. А то они, СИСЬКИ, ждать не будут!

- Тока не забудь на *опе крестик нарисовать! Крикнула ей вслед Хадалка. Только, то ли Фрося была слишком далеко уже, то ли Хадалка тихо крикнула, но Фроська этого уже не слышала...


И вот.
Картина Репина ...
Фроська голая, крадётся ночью по лесу.
Перед этим съевши полкило чеснока, для верности, выпив 5 литров КокаКолы, и два часа вертевшись вокруг своей оси.
Крадётся она тихонько, что-бы не дай бог, кто её в таком виде не увидел.
Направо дыхнёт чесноком - деревья падают, налево кашлянёт, кусты вянут.
А тварь лесная и нечисть и подавно вся разбежалась кто куда.

Шла она шла, и вот наконец вышла на опушку.
Огляделась по сторонам, вроде никого нет, только луна и две берёзы.
Помня наставления Хадалки, привязала себя Фрося за руки к берёзкам и стоит, ждёт, когда уж начнут расти её минус-первые-персики.
Ждала она ждала, да притомилась. И сама не заметила как задремала.
....

Утро пришло в тридесятый лес.
Солнышко осветило яркими лучами всю красоту лесную.
Травку зелёную, грибочки ядовитые, ёжиков сонных...
Красота вокруг неимоверная, но только тишина какая-то странная.
Не поют птички.
Не кричат еноты.
Не скулят волки.

Всё зверьё лесное тихонько шепчется и бежит посмотреть на чудо чудное, что на опушке леса появилось за ночь.

А там, не то сына не то дочь, не девчонка не ребёнка а неведома зверёнка...
Две ноги, две руки, голова... и всё это держится на двух ОГРОМНЫХ ШАРАХ, размером с дом...

Проснулась наша Фрося. Посмотрела на себя, и ужаснулась.
- Бля! Только и мог сказать её высоко интеллектуальный мозг!
Зря она не дослушала Хадалку, ведь тот самый крестик, который она забыла нарисовать, на попе, предохранял от перебора.

Постояли звери вокруг чуда-юдного.
Посмотрели.
Помолчали.
И пошли за Хадалкой.
Ибо, тока она могла понять, что теперь с этой хернёй на опушке делать

Хадалка, прибежала и тоже, слегка прифигела.
- Бля! тока и смогла и она сказать.

Через пол часа, когда шок у Хадалки прошёл, она поняла, что с такими масштабами ей самой не справиться, и тут нужна подмога.
Порылась Хадалка у себя промеж сисек, и извлекла оттуда мобильный телефон.
- Где-то у меня был номерок, СИСЬМастера на все руки.... Аха! Фот он!

Ещё через пол часа подоспел СИСЬМастер.
Так как он был ОЧЕНЬ умным, и очень образованным, одним "БЛЯ!" он не ограничился. То, что он сказал, описывать тут нет смысла. Оно вошло в каноны мирового матерного сленга, и это теперь впитывают с детства вместе с молоком матери. От его высокоинтеллектуального возгласа, длительность полтора часа и силой пару сотен децибел деревья в радиусе 20 километров слегка покосились, а у Хадалки сиськи узлом на спине завязались, и их потом всем лесом, три дня развязывали.

Когда СИСЬМастер наконец оформил свою мысль, он почесал бороду, и стал по кругу обходить Фроську.
- Таааакссс, надо подумать... надо подумать... Бормотал себе в бороду СИСЬМастер.
И думал он три дня и три ночи. И никто не смел его беспокоить.
Он восседал в позе лотоса на правой сиське Фроси, и слегка раскачиваясь подпевая себе под нос как заклинание: "твои большие сиськи мне мешают ночью спать..."

А на четвёртый день, СИСЬМастер прозрел.
Он соскочил на землю, обошёл Фросю с тыла, и карандашом нарисовал два крестика на Фросиной *опе.

Один красный.
Другой синий.
Два весёлых крестика.

- Вот! Сказал он и показал всем.
- Что вот? Спросила Хадалка. Это не вот, это *ОПА!
- Сама ты *опа. Рассердился СИСЬМастер, хотя да, *опа тут тоже присутствует. Это Крестики-Сисько-Регуляторы. Красный нажмёшь, сиськи уменьшатся, синий нажмёшь, увеличатся!

- Аха! Воскликнула Хадалка, и тут-же выставила свою необъятную *опу к лицу СИСЬМастера.
- реСУЙ! И мне тоже! Хочу сама регуляторы подкручивать.

СИСЬМастер поглядел на это дело. РисуЙНУЛ ей крестика два, и пошёл ласково сдувать Фроськины необъятные сиськи.


АХТУНГ, АХТУНГ, АХТУНГ!
Дальше будет любовь и романтика!
Если вы к этому не готовы, не читайте.
Я предупредил.


Он нежно нагладил крестики на *опе Фроси, до нормальных размеров её персиков.
Благодарная Фрося, бросилась ему в объятия, обцеловала всего, схватила на руки и унесла в свои хоромы, жониться.
Они ушли на закат, в лучах заходящего солнца. СИСЬМастер и Фроська.
Мастер и  маргарита Фрося, девушка не дюжей силы и не дюжих сисек.
Звери смотрели им в след, и было видно как мастер лёжа на руках у Фроси, ласково поглаживал синий крестик на её *опе, и периодически её (*опу или Фроську, история об этом умалчивает) целовал!

Вот и сказке конец.
А кто дочитал тот молодец!
И я там был... ой! нет, меня там, слава богу, не было.
Короче, все остались счастливы.
И тут где-то должна быть мораль... Сейчас поищу...
А, да! Вот она: если у тебя большие сиськи, то пару ты себе найдёшь даже если ты чудо-юдо лесное, но любовь только если сиськи НУЖНОГО твоему любимому человеку размера!

Всё.
Я кончил.